Тот, кто спрашивает о смысле, спрашивает: "Зачем?". Например: "Зачем я существую?". Тем самым он спрашивает о смысле своей жизни. Тогда жизнь имеет смысл с точки зрения цели. Он спрашивает себя: "Будет ли то, что я делаю в моей жизни, служить чему-либо в будущем?". Лишь с учетом этой цели жизнь была бы осмысленной, имела бы смысл. Ибо результат всякого действия определяется с точки зрения цели. Мы делаем это, потому что хотим достичь чего-либо, находящегося пока что перед нами.
Но вправе ли мы спрашивать себя о смысле жизни? Возможно, мы являемся смыслом жизни, поскольку живем. Мы служим жизни, поскольку живем. Поскольку в соответствии с тем, что мы узнаем опытным путем, жизнь, возможно, имеет только один смысл, заключающийся в том, чтобы она продолжалась.
Мы исполняем смысл жизни, если мы ее оберегаем, распространяем, передаем дальше и в конце, когда продолжение нашей жизни стоит на пути у новой жизни, спокойно уступаем место этой новой жизни.
Берт Хеллингер, Богомысли.
Но вправе ли мы спрашивать себя о смысле жизни? Возможно, мы являемся смыслом жизни, поскольку живем. Мы служим жизни, поскольку живем. Поскольку в соответствии с тем, что мы узнаем опытным путем, жизнь, возможно, имеет только один смысл, заключающийся в том, чтобы она продолжалась.
Мы исполняем смысл жизни, если мы ее оберегаем, распространяем, передаем дальше и в конце, когда продолжение нашей жизни стоит на пути у новой жизни, спокойно уступаем место этой новой жизни.
Берт Хеллингер, Богомысли.

